четверг, 22 марта 2012 г.

Школа выживания. Как избежать голодной смерти. 10. Нетрадиционные продукты питания суши

Нетрадиционные продукты питания суши

Нельзя в ситуациях, угрожающих голодом, забывать о так называемых нетрадиционных продуктах питания. Глупо обрекать себя на голодную смерть только из‒за того, что находящиеся вокруг продукты питания имеют омерзительный вид, вкус и запах. Можно позволить себе брезгливо сморщиться при виде червяка, вылезшего из яблока, но только дома, а никак не в условиях аварийной ситуации. Здесь, если хочешь выжить, от старых привычек вроде брезгливости лучше избавиться. И чем раньше, тем полезней для жизни.

Поэтому, если в подобном, мягко говоря, затруднительном положении в руки потерпевшего попало насквозь червивое яблоко, выбрасывать его не следует, а, напротив, следует съесть полностью, до последней косточки, и даже червяка, извините, непременно отловитъ и употребить в пищу, так как он более калориен, чем само яблоко. И это будет более чем правильно. Наши предки, жившие в жестоких условиях борьбы за собственное существование, этот неписаный закон усвоили твердо. Их меню, в смысле ассортимента, было намного богаче нашего. Они ели все. Ну, скажем так, почти все. В доказательство приведу несколько примеров, которые большинству читателей могут испортить аппетит.

«Едят камчадалы все, что бегает, ползает, плавает, летает. Едят, в частности, вшей. Если своих не хватает, ищут у ближних. Рыбу готовят впрок, сваливая в ямы, где она со временем приобретает вид слизи и издает «душок», от которого европейцы за версту зажимают носы». «Когда чукчи убивали оленя, то тщательно собирали весь находившийся в желудке полупереваренный мох ‒ эта кислая масса была их излюбленным лакомством». Эскимосы ели «жирных сырых личинок оленьего овода, повытасканных из шкур только что убитых оленей. Личинки так и кишели на большом лотке, подобно гигантским червям, а на зубах слегка похрустывали». «Нгвито ‒ термиты крупные, жирные, их набирают три‒четыре пудовых мешка с гнезда, прямо с крыльями кладут на сковороду без жира, посыпают чуточку солью и жарят в собственном соку. Когда насекомых тушат или кладут в суп, крылья им также не обрывают...» «Вас угощают сітяіаіс ‒ это люрики. на которых охотились зскимосы на берегу в момент моего приезда... Их не ощипывают и не потрошат, а складывают в мешки из тюленьей кожи, которые укрывают от солнца под камнями. Все это долго гниет, а затем подается к столу как лакомство...
Заметим, так называемое «огипег» считается также очень изысканным кушаньем. Оно изготовляется из жидкого помета куропатки. Его собирают зимой в виде замерзших лепешек, лежащих на снегу, смешивают с тюленьим жиром, потом толкут и едят горячим. Готовое блюдо пахнет курятником... И наконец, известно, что самым любимым блюдом зскимосов является костный мозг оленей».

Справедливости ради надо оговориться, что «душок» многим эскимосским кушаньям придают не гнилостные, а совсем другие, скорее выполняющие роль консервантов виды бактерий. Люрики, сброшенные в мешок из тюленьих шкур, не гниют, а заквашиваются и благодаря этому сохраняются продолжительное время. Так что, несмотря на присущий северной гастрономии «помойный дух», будем справедливы: ни чукчи, ни эскимосы, ни другие народности не способны без ущерба для здоровья употреблять реальную гниль. Так же, как и мы. А то, что мы удивляемся их вкусам, так и они тоже брезгливо воротят нос от «отвратительных», на их взгляд, соленых и маринованных грибов, кисломолочных продуктов, сыров и тому подобной привычной для нас пищи, хотя этот эффект имеет простое психологическое объяснение.
Ну а теперь от книжных примеров я обращусь к нашему пусть не самому богатому, но все же опыту. ‒ Что ни сделаешь для науки, ‒ сказала Людмила Суханова и откусила кусочек от... змеи. Змея была сварена как положено, без соли и специй, и еще час назад резво извивалась у нас под ногами, «играя» раздвоенным языком и угрожая ядовитыми зубами. ‒Приятного аппетита! ‒ пожелал я сам себе, хотя не испытывал ни аппетита, ни приятности, и вгрызся зубами в бок змеиной тушки. Мясо змеи отдаленно напоминало рыбу и было съедобно ничуть не меньше позавчерашней столовской котлетки. Я жевал змею и думал: «Если судить по количеству змей, которых мы здесь увидели за один только день, смерть от голода нам не угрожает».
В тот раз нам крепко повезло. Четверо суток, пережидая сильный встречный шторм, мы обитали в змеином царстве. На том безлюдном берегу было много змей. Хотя нет, что значит много? Много ‒ это когда десятъ или двадцать рептилий. Там были сотни, а может быть, тысячи змей. Протопав тридцать метров, можно было насчитать полста штук такого «добра». В кустах, под ногами, в воде всюду шевелились длинные одноцветные и пестрые тела. Представьте, что вы находитесь в комнате, где кольцами свилась дюжина ядовитых гадов. Как бы вы себя чувствовали? Мы ‒ примерно так же. Мы передвигались медленно, с выставленными вперед веслами, и видели змей на камнях, под плотом, возле рюкзаков, в метре впереди себя и в метре сзади. Мы наступали на расщелину в камнях и, оглянувшись, замечали две головы, вставшие над камнями. Наши прогулки по берегу по напряжению можно было сравнить с хождением по минному полю. Вот‒вот рванет под пяткой! Удивительно то, что змеи совершенно не боялись человека, наверное, потому, что его до этого не видели. Но нет худа без добра: на вторые сутки мы пообвыклись (ведь невозможно же бояться беспрерывно!) и стали относиться к мелким и средней величины змеям (к крупным привыкнуть так и не смогли), как к диванным клопам, то естъ, конечно, и смотреть неприятно, и укусить может, но не падать же по этому поводу в обморок!

Трех полуметровых змеюшек, по неосторожности выползших нам под ноги, мы и вовсе скушали. Чтобы «рецептик отработать». Мы оказались сильнее выпавших на нашу долю обстоятельств. Мы жили там, где, считали, житъ невозможно. Более того, смертельно опасного врага мы заставили работать на себя, точнее, на свои желудки. В принципе, на том берегу мы могли выживать до зимы, снимая с каждого гектара чуть ли не полуцентнерный мясной урожай. Мы могли змей варить, жарить, вялить, наконец, просто есть сырыми. Как говорится ‒ не было бы счастья, да несчастье помогло. Страшны ядовитые змеи, но не окажись их там, и мы оказались бы перед лицом куда более серьезной опасности ‒ голода... При охоте на змей следует соблюдатъ максимальную осторожность, чтобы ненароком из охотника не превратиться в жертву. В целях безопасности всех незнакомых змей надо считать заведомо ядовитыми. Ловитъ их можно с помошью длинной раздвоенной на конце палки. Голова змеи прижимается палкой к земле и отсекается ножом, топором или раздрабливается острым камнем.

При этом необходимо помнить, что и у мертвой змеи ядовитые зубы представляют серьезную опасность. Кроме того, змей можно добывать с помошью лука, рогатки, камней, ловить веревочной петлей, привязанной к концу длинного шеста, или на обыкновенную рыболовную удочку с насаженной на крючок приманкой, например, клочком яркой ткани. У маленьких змей отрезается голова вместе с ядовитыми железами, после чего шкурка снимается от головы к хвосту вместе с внутренностями, словно чулок, то есть как бы выворачивается на левую сторону. Больших змей достаточно обезглавитъ, выпотрошить, взрезав брюшко от головы до анального отверстия, и приготовить в собственной, грубой и жесткой шкурке, поместив на горячие угли и периодически переворачивая. После того как шкурка потрескается, из нее следует вытащить мясо и сваритъ его. Очень больших змей, также не снимая шкурки, следует нарезать небольшими кусками и испечь над костром. У ящериц наиболее вкусны мышцы спины и ног.

У всех змей и яшериц в летне‒осеннее время года в брюшной полости откладываются запасы жира в виде лентообразных и круглых образований, которые можно использовать для жарки пищи. И еше один малоаппетитный эпизод. В котелке, над поверхностью кипяшего бульона, густо торчали скрюченные лягушачьи лапки. Казалось, они взывали к милосердию. ‒ Будем дегустировать? ‒ предложил я. Без желания разобрали ложки и стали хлебать жирный, немного с горчинкой бульон. Если бы не знать, что он сварен из только что выловленных из болота лягушек, можно посчитать его даже приятным. На второе было собственно лягушачье мясо. Я взял себе две разварившиеся лапки (на большее духу не хватило), снял, словно чулок сташил, отставшую во время варки кожу, полнес ко рту, зажмурился, откусил. Однако ничего, мясо как мясо. На курятину чуть смахивает, только, наверное, понежнее. Подай такое кушанье на стол ‒ любой скажет: отварной цыпленок. Нет, очень даже неплохо! Со съеденными нами час назад улитками ни в какое сравнение не идет. Я почувствовал, что во мне проснулся здоровый аппетит, и понял, что переступил грань брезгливости. Я был способен съесть еше дюжину лягушек или даже две дюжины. Не все ли равно ‒ курягина или лягушатина? Вкус‒то один. ‒ Не найдется ли добавки? ‒‒ скромно поинтересовался я. ‒ Сколько угодно! ‒ И мне указали на болото, где радостно квакали сотни лягушек... «Фу, какая гадость!» ‒ скажет кто‒то. Но почему гадость? Пусть мне объяснят, чем 1 кг лягушачьего мяса отличается от 1 кг зайчатины или медвежатины? И там и там мясо, и там и там ‒ 1 кг. Только за килограммом зайчатины нужно еше побегать, а охотясь за килограммом медвежатины, можно навсегда лишиться не только аппетита, но и самой жизни.

Лягушек же добывать несравнимо легче: ходи себе вдоль болота с длинной палкой и бей одну за другой. Можно также несколько раз ударить плоским куском дерева по воде и, когда привлеченная шлепаньем лягушка вынырнет на поверхность, оглушить ее. Или ловить лягушек импровизированным сачком, изготовленным из раздвоенной на конце ветки и куска привязанной к ней ткани, или даже на удочку, нацепив на рыболовный крючок кусочек белой или темной тряпицы и поводя им перед глазами лягушки. Конечно, вес одной лягушки раз в двадцать меньше, чем зайца, но добыть ее в сто раз легче, чем одного косого. Вот и считайте, что проше ‒ загнать одного зайца или насобирать полсотни лягушек. В пишу у лягушек обычно используются только мясистые задние лапки. Хотя, в принципе. Можно съедать ее целиком, удалив только голову и внутренности. При варке лягушек рекомендуется перед тем, как опустить их в воду, снятъ шкурку. А чтобы она легче отставала от мяса, подержать пару минут в горячей воде или ошпарить кипятком. Впрочем, мы шкурку не снимали и варили лапки как есть. Наваристость бульона от этого не пострадала ‒ по поверхности плавал густой жирок. А то, что бульон слегка горчил, нам аппетита испортить не могло. В целом он совершенно напоминал свой куриный аналог.

Кстати, лягушка съедобна на всех фазах своего развития ‒ от головастика до взрослой особи (рис. 27З). Тритонов можно ловить в тех же местах, где обитают лягушки, разыскивая под каинями и полусгнившими стволами деревьгв (рис. 274). Лягушек, тритонов можно варить, жаритъ на палке над углями костра или запекать на раскаленных камнях. В отличие от лягушек их ближние родственники ‒ жабы и некоторые виды саламандр (пятнистые, черные, огненные) ‒ в пищу не годятся. На коже жаб и саламандр расположено множество ядовитых желез «бородавок», выделяющих яд или жидкости, сильно пахнушие и раздражающие слизистые глаз.
Крупные жабы могут разбрызгивать ядовитую жидкость на расстояние до 1 м. Яд жаб и саламандр может быть опасен при попадании в ротовую полость человека. К примеру, для собак смертельной дозой является 0,0009 г яда жабы на 1 кг веса. Правда, яд этот имеет тошнотворный, очень горький вкус, что является естественным защитным барьером для любопытных гурманов. Для кожных покровов яд опасности не представляет, более того, как утверждает народная медицина, способствует заживлению ран. При попадании в глаза яд вызывает жжение и слезотечение. Съедобны болотные и пустынные черепахи. Причем наиболее вкусны те, что питаются только растительной пищей.

Мясо плотоядных менее приятно. Черепаху можно готовить прямо в панцире, обмазав предварительно слоем глины и уложив спиной на горячие угли. В другом случае живая черепаха опускается в кипяток и варится, пока от нее не отойдет панцирь. После чего из нее вырезаются все плотные мышцы, из которых готовится суп. Очень питательны богатые желтком крупные кожистые яйца, встречающиеся в брюшной полости у самок черепах (рис. 275). Годятся в пишу двустворчагые моллюски пресных и слабосоленых вод. То есть рек, ручьев, болот, озер и полупресных морей ‒ таких, как Каспийское, Аральское, Азовское и им подобных. Съедобными считаются практически все пресноводные моллюски.

Но особую пищевую ценность представляют из себя беззубки, гребенчатка дальневосточная???, дрейссены, жемчужницы, перловицы и некоторые другие. Беззубки имеют тонкостенную раковину, обычно темного цвета, верхушка которой состоит из многочисленных параллельных моршинок. Обыкновенная беззубка распространена в водоемах европейской части страны и Сибири, имеет длину 160‒200 мм, высоту 90‒120 мм, выпуклость ‒ до 60 мм. Также довольно распространенная вытянутая беззубка отличается чуть меньшими размерами. Кроме того, известны утиная беззубка, Берингова беззубка, кавказская беззубка, узкая беззубка и др. Некоторые виды беззубок показаны на рис. 276. Мясо беззубок содержит 61% белка, 11% углеводов и 7,7% жира. Гребенчатка. Длина раковины ‒ до 230 мм, высота ‒ 170 мм, выпуклость 60 мм. Встречается в реках и озерах Дальнего Востока (рис 277). Дрейссены отличаются треугольной, похожей на перевернутую лодку раковиной длиной не более 50 мм (рис. 278). Иногда покрывают подводные поверхности гидротехнических сооружений и камни сплошным ковром. У дрейссен мясо составляет 25%, при‒ ёї‒ годный для употребления в пищу сок ‒ 1‒54%, а створки ‒ 21% от общего веса раковины. Речная дрейссена распространена в реках бассейнов Балтийского, Каспийского, Черного морей и Ледовитого океана. Кроме того, известны дрейссены: каспийская, Палласа, морская, Гримма и др. Жемчужницы имеют прочную овально вытянутую раковину. Обыкновенная жемчужница (рис. 279 а) достигает в длину 100120 мм, в высоту ‒ 40‒50 мм, выпуклость 25‒30 мм. Обитает в небольших речках и ручьях. Распространена на северо‒западе страны, в Скандинавии, Америке, Канаде.

Кроме жемчужницы обыкновенной, известны: жемчужница даурская (рис. 279 б), камчатская (рис. 279 в), сахалинская (рис. 279 г) и др. Перловицы ‒ одни из наиболее распространенных пресноводных моллюсков. Длина обыкновенной перловицы достигает 90 мм и более, ширина ‒ 40 мм, выпуклость ‒ 30 мм. Но некоторые виды могут превышать в длину 130 мм. Вес мяса и выделяющегося при разделке раковины сока у перловиц составляет 51‒53% всего веса моллюска. При этом мясо состоит на 60% из белка, на 17% из углеводов и на 5% из жира. Существует множество «сортов» перловиц: восточноазиатская, Дальневосточная, Сиверса, клиновидная, овальная и пр. Двустворчатых моллюсков следует сварить или ошпарить кипятком и после того, как створки раскроются, вырезать все мясо. Или, просунув нож сквозь щель между створками, перерезать запорные мышцы. Не следует брать моллюсков, которые при прикосновении к ним не закрывают плотно створки. Это может свидетельствовать о том, что они мертвы (рис. 281 ). Мясо моллюсков можно сушить, вялить и консервировать иными способами. Раковины использовать для изготовления рыболовных крючков, гарпунов, пуговиц. Кроме двустворчатых моллюсков, употребимы в пищу другие пресноводные ракушки ‒ катушки, прудовики, лужанки (рис. 282). Пресноводные моллюски бывают часто заражены паразитами, и поэтому их следует хорошо проваривать, чтобы уничтожить самих паразитов и их яица.

Птицы. Точно так же, как от лягушек, тритонов, змей и ракушек, не стоит отказываться от добычи малопривлекательных на вид пернатых в надежде отыскать что‒нибудь более или менее напоминающее домашнюю курицу или индюшку. Вкусовые качества птицы никак не за висят от ее внешнего облика.

К примеру, вот что пишет известный писатель, а по совместительству увлеченный кулинар Александр Дюма в своих воспоминаниях о путешествии по России: «Сначала меня занимал вопрос, как сделать бульон без говядины ‒ ее у меня не было. Я разрешил его тем, что взял ружье и подстрелил ворона. Не презирайте, любезный читатель, ворон ‒ это отличное мясо для бульона. Один ворон стоит двух фунтов говядины; надо только, чтобы он был не ощипан, как голубь, а ободран, как кролик». Тех же ворон и галок в некоторых районах Германии и Франции издревле почитали за лакомство. Китайцы с удовольствием употребляют в пищу соколов, филинов и аистов.

А о вкусовых качествах голубей и воробьев вам могут поведать бывшие беспризорники. Мясо старых птиц, особенно ворон и черных дроздов, отличается особой жесткостью, и поэтому его необходимо долго проваривать. Молодых птиц тех же семейств можно жарить. По возможности не употребляйте в пищу птиц‒падальщиков, так как они являются переносчиками инфекций, а также клещей и вшей. При необходимости вначале их надо отваривать по меньшей мере 20 мин, чтобы убить всех паразитов, и лишь потом обжаривать или тушитъ. Легче всего добывать птиц в период гнездования и высиживания птенцов. В это время они меньше боятся человека, поэтому есть возможность, выследив гнездо днем, подобраться к нему ночью, когда птицы спят, и поймать их рукой или петлей, закрепленной на конце жерди.

Многие полярные птицы ‒ такие, как совы, белые куропатки и пр., ‒ зимой подпускают человека настолько близко, что их можно оглушить палкой или даже схватить рукой. Только приближаться к ним надо очень медленно и не делая резких движений. Отыскать гнезда можно на обрывах и обращенных в сторону водоема высоких берегах, на кронах деревьев, в густом кустарнике. Достаточно только понаблюдать за направлением полета и поведением птиц, чтобы вычислить место их гнездования. Кроме самих птиц, в гнездах можно добывать яйца и неоперившихся птенцов.

Небесполезны в пищевом отношении мыши и другие мелкие норные грызуны. Правда, их трудно потрошить... Но можно обойтись и без этого. Один канадский «ученый‒зоолог», много месяцев наблюдавший за семьей волков, решил проверить на себе их ежедневное меню. И начал с мышей, памятуя, что мыши составляют значительную часть летнего питания молодых волчат. Есть даже такое выражение: «мышкующие волки». Пойманных мышей экспериментатор не варил. Даже не потрошил. И не снимал шкурку. Ел такими, как есть. Как изучаемые им волки. Причем не день и не два. И впоследствии утверждал, что в подобном виде, то есть не сваренные и со всеми внутренностями, грызуны гораздо калорийнее.

Рекомендовать его рецепт с полной ответственностью я не могу, так как сам подобных экспериментов не проводил. Но отвергнуть тоже не решусь. Ел же человек ‒ и не умер. А вот сусликов и сурков я употреблял. И могу свидетельствовать о их неплохих вкусовых качествах. Особенно если не знаешь, из чего приготовлен этот самый гуляш. Съедобны (а среди южных народов даже пользуются популярностью) собаки. Кроме того, можно есть кошек и барсуков. Можно употреблять в пищу крыс. При всей отвратительности их внешнего вида мясо крыс вполне съедобно, а при соответствующей кулинарной обработке может быть даже вкусно. Вопреки общему мнению, крысы не питаются недоброкачественной пищей, но представляют угрозу как переносчики болезней и вшей. Поэтому надо избегать укусов крыс и, не добив и не убедившись, что они мертвы, в руки не брать, особенно если заметны какие‒либо дефекты на шкуре. При освежевании тушки крысы следует выбрасывать внутренности, голову и крестец вместе со шкуркой. А мясо тщательно проваривать. Вполне съедобны ежи. Самый удобный способ их приготовления ‒ в глине. Для чего выпотрошенный еж обмазывается толстым слоем глины и закатывается в костер или укладывается на уголья. После приготовления, примерно через 1,5‒2 ч, иголки и кожа ежа отстают вместе с глиной.

Надеюсь, приведенные сведения убедили читателя в том, что самые непривлекательные на вид птицы, сухопутные, в том числе ядовитые змеи, мыши, а также лягушки вполне могут заменить в аварийных условиях привычные отбивные и бифштексы. А еще, если не быть особо привередливым, можно есть: кротов, ящериц, летучих мышей и тому подобную живность (рис. 28З). Нельзя также сбрасывать со счетов молоко многих сухопутных и морских млекопитающих. Это, со всех точек зрения, ‒ идеальный продукт питания, ничем не уступающий, а по многим показателям и превосходящий привычное нам коровье молоко. Правда, молоко большинства диких животных имеет специфический вкус. Но в условиях, угрожающих жизни, выбирать не приходится. Коровье, козье или конское молоко (кумыс) пробовал почти каждый. Смею уверить, что вполне удобоваримо, а в жару и вкусно верблюжье молоко. Пригодно в пищу молоко копытных и хищных животных. Например, волчье. О чем свидетельствшот вскормленные волчицей Рем и Ромул. Или многие десятки обнаруженных в лесах и джунглях взращенных хищными зверьми «маугли». Некоторые исследователи отмечают неплохие вкусовые качества молока морских млекопитающих животных.

Отсюда: если вы встретили в лесу или на морском пляже кормящую маму какого‒нибудь животного. постарайтесь присоединиться к ее детеныщам. Многие самки в послеродовой период бывают настолько ослаблены, что не оказывают непрощеному едоку активного сопротивления. Если, конечно, он не нападает, а, к примеру, приближается к ней очень медленно и стоя на коленях. Только не следует для подобных экспериментов выбирать хишных и крупных животных и тех, что ведут «гаремный» образ жизни. В любом случае следует опасаться копыт и зубов «кормящей мамаши» и быть готовым к отражению атаки.

У попавших в охотничьи ловушки кормящих самок также следует сдаиватъ и употреблять молоко.

Съедобные насекомые. Не самый плохой рацион можно составить из: садовых и виноградных улиток, слизней, земляных и древесных червей, гладкокожих, то есть лишенных волосяного и хитинового покровов, гусениц, цикад, жуков и их обитающих в земле и древесине личинок, а также личинок стрекоз, равно как и самих стрекоз, ползающих и летающих муравьев и других насекомых. В воде можно собирать пригодных в пищу прудовых ракушек, раковины перловии, водяных жуков и прочих водяных насекомых. В недавнем прошлом высушенных и смолотых в муку кузнечиков удалявшиеся от мирских забот отшельники использовали для выпечки хлебных лепешек и приготовления каш.

Так что если вы наткнетесь в какой‒нибудь книге на фразу «отшельники питались ягодами, грибами и акридами», знайте, что святые отцы с немалым аппетитом потребляли кузнечиков. И, между прочим, мудро поступали, ведь 100 г пищевой массы, приготовленной из кузнечиков, «тянет» на 225 калорий ‒ лишь чуть меньше, чем пшеничный хлеб. А 100 г жареных термитов ‒ на 560 калорий! Многие народности, населяющие пустыни, за лакомство почитали саранчу. Вот как описывает ученый Анри Лот свои впечатления: «Мы наблюдали перелет саранчи. Первые отряды невелики, но достаточны для того, чтобы порадовать наших туарегов. Уже с рассвета они заняты ловлей рассевшихся по деревьям насекомых.

Саранча для кочевников, будь то арабы или туареги, ‒ манна небесная. Они считают ее лакомством... Нельзя сказать, чтобы саранча была деликатесом... но для постоянно голодных людей, привыкших есть ящериц и грызунов, она ‒ лакомое блюдо. После того, как саранча поджаривается, у нее отрывают покрытые колючками задние лапки и остатки необгоревших крыльев. Затем отделяют голову, извлекая одновременно кишечник, совершенно несъедобный из‒за содержашейся в нем какой‒то зеленой жидкости, после чего саранчу начинают есть, похрустывая, как если бы у вас во рту были маленькие креветки... Что касается меня, то я люблю саранчу, я иногда питался ею на протяжении нескольких недель. Но мне вполне понятно, что это блюдо не каждому придется по вкусу».

Не описание ‒ готовый рецепт для попавших в беду в пустыне или степи. А вот как живописует в книге «Черные камни» писатель А. Жигулин процесс употребления личинок жука соснового или тового усача, которые обычно живут под корой погибших на корню деревьев хвойных пород и достигают толщины пальца: «...Кумияма стал их есть ‒ живыми, шевеляшимися. Я сказал: ‒ Как ты можешь такую гадость есть? Противно ведь! ‒ О, это не так! У нас в Японии эти черви‒личинки считаются большим лакомством. Только очень богатые люди могут позволить себе такое удовольствие. И едят их именно живыми...» И еше одно блюдо... из термитов. «Для того чтобы обнаружить насекомых, австралиец ударяет по стволу дерева томагавком. Муравьи, привлеченные шумом, выползают наружу. Тогда австралиец расширяет отверстие дупла настолько, чтобы можно было засунуть туда руку и набрать муравьев, которых он складывает в корзину. Их поджарива ют на куске коры длиной три и шириной один фут. Вкусом они напоминают костный мозг» (У Бакли. «Австралийский робинзон»). Китайцы с удовольствием поедают сушеных пауков. Не испытываюшие особого голода японцы ‒ стрекоз. Народности южноазиатского региона вообше отличаются потрясающей всеядностью и используют в пишу практически всех встречаюшихся у них насекомых, от самых экзотических, вроде почитаемых за лакомство жареных скорпионов, до сугубо домашних (рис. 284).

А комары? Те, что облепляют лицо и руки? Они тоже съедобны. И легкодоступны. Только успевай бей себя по щекам и слизывай с пальцев то, что от них остается. Или собирай на материал и вари похлебку... Наиболее ценными в пишевом отношении принято считать муравьев и их южных собратьев ‒ термитов, кузнечиков, саранчу, сверчков, некоторые виды жуков, медовых пчел, водных насекомых. Человеку, оказавшемуся в чрезвычайных условиях, доступней всего малоподвижные улитки, слизни, черви, личинки, тем более что они обычно кучкуются в одном месте. Отыскав место их обитания, уже нетрудно найти и их самих в требуемых количествах.

Прыгаюших и летающих насекомых поймать гораздо сложнее (рис. 285). Легче всего найти насекомых на стволах старых и пошбших деревьев, пней. Кстати, эти сорта личинок наиболее съедобны и, по мнению знатоков восточной кухни, вкусны. Для их сбора надо внимательно осматривать расщелины, дупла и другие углубления, сдирать старую кору и собирать насекомых и их личинок с ее обратной стороны и с оголившейся древесины (рис. 286). На полянах и лугах собирать насекомых можно, огляцывая высокие растения, на стеблях и цветках которых легко заметить паутинные коконы, утолшения и тому подобные дефекты, в которых обитают личинки и гусеницы. Кроме того, их можно отыскать в семечках растений. Например, в стеблях и колючих «головках» известного всем репейника некоторое количество насекомых можно насобирать даже зимой.

Кузнечиков удобней ловить утрами, по холодку, когда они малоподвижны (рис. 287). Почвенных насекомых лучше искать во влажных, затененных местах, среди прелой листвы, под камнями, кучами валежника и поваленными стволами деревьев, на дне пересохших луж. Водных ‒ естественно, в воде, на дне озер, рек, ручьев, болот, отдельных больших луж, среди растительности, окружающей их. Проще всего находить муравьев ‒ по большим, иногда достигаюшим высоты 1,52 м кучам муравейников. Но можно ловить их «на запах» в банки и другие емкости, поставленные вблизи муравьиных троп, в которые бросить небольшое количество остатков пиши. Муравьи очень неплохи в жареном и печеном виде. Кроме того, в муравейниках можно отыскать заготовленных впрок гусениц и их личинки. Особшо ценность представляют так называемые медовые, или сахарные, муравьи, выполняюшие в муравейниках роль емкостей для хранения нектара. Они отличаются от рабочих муравьев непропорционально большим бочкообразным брюшком, наполненным сладкой жидкостью (рис. 288). Наиболее питательны не сами муравьи, а их личинки и куколки (или, как их иногда называют, муравьиные яйца), напоминающие внешним видом белые или желтые рисовые зерна. Личинки можно насобирать, разворошив стену большого муравейника. В малых муравейниках бывает достаточно приподнять камень или ствол дерева, прикрываюший его сверху, чтобы отыскать целую залежь муравьиных яиц (рис. 289). Гораздо больше куколок можно добыть с помошью тканевой ловушки. Для этого вблизи муравейника, на освешенной солнцем горизонтальной площадке надо расстелить большой, 1‒1,5 м2, кусок ткани, завернуть наверх все четыре его угла и подложить под них веточки для образования шелевидных полостей. Затем верхняя часть муравейника срывается и рассыпается тонким слоем на ткани, под лучи солнца. Спасая куколки от высыхания, муравьи быстро перетаскают их под завернутые края ткани.

Ночью насекомых можно ловить на свет фонаря, свечи или кусок белой, желательно подсвеченной тряпки, расстеленной на земле. Днем ‒ с помощью сачка, изготовленного из любого подручного материала. Сбивать к земле с помощью снятой одежды. Или просто аккуратно срезать и стряхивать над материалом травяншо и кустарниковую растительность.
Неплохой прикорм потерпевшим бедствие могут обещать водяные насекомые ‒ различные водяные жуки и ихличинки, личинки бабочек‒однодневок, стрекоз, майских мух и т. п. Собирать их следует на мелководье, обязательно в проточной, незастоявшейся воде. На рис. 290 показаны различные водные (насекомые ‒ личинка стрекозы (кстати, стрекоза, выходящая из личинки, также вполне съедобна), личинка поденки, ручейники и бокоплавы. На рис. 291 наиболее известные водные жуки, в том числе вертячки, жуки‒плавунцы и их личинки. Ловить руками вертлявую водную живность ‒ дело неблагодарное и бесперспективное, и поэтому лучше использовать импровизированную сеть. Для этого, растянув в стороны кусок тюля, марли или любой другой подручной ткани (в крайнем случае снятую рубаху или штаны), надо как можно быстрее пройтись по мелководью, сгребая воду и все, что в ней находится, к берегу. Или, напротив, вести сеть над самым дном, подобно глубоководному тралу.

Еше более уловиста поставленная ниже по течению реки или ручья стационарная сеть. В дно вбиваются несколько кольев, между которыми растягивается утлом, открытым в сторону направления потока, любая отыскавшаяся ткань. Затем выше по течению достаточно взболтать ногами дно и обтрясти водную растительность, чтобы вся поднятая живность была снесена в сеть. При отсутствии всякого пригодного для изготовления сетей материала можно с по мощью длинных жердей вытягивать на берег большие охапки водорослей, внутри которых собирать спрятавшихся там водяных насекомых. Перед употреблением всех водных насекомых лучше отварить, так как нет гарантий, что вода, в которой они обитают, стерильна.

Таким образом, траля водные пространства, обегая с сачком луга и поляны, расковыривая гнилые пни, можно собрать довольно приличный урожай пригодных в пищу насекомых. До нескольких сотен килограммов с одного гекгара лесных угодий! Почти все насекомые, обитающие в наших лесах, после той или иной кулинарной обработки съедобны. Но все же лучше воздержаться от употребления в пишу насекомых, найденных на кучах навоза и на павших животных ‒ они могут быть переносчиками инфекций. Не всегда приятны в гастрономическом отношении личинки, обитающие на обратной стороне листьев, так как они могут выделять сильно пахнушие, ядовитые (но не опасные для человека) жидкости, отпугиваюшие их потенциальных потребителей. Вообще следует воздержаться от сбора насекомых, имеющих особенно яркий, привлекаюший внимание вид. Он обычно служит предупреждением питающимся насекомыми птицам о их несъедобности.

Точно так же не стоит, пересиливая себя, есть личинок и гусениц, от которых дурно пахнет. Лишь условно съедобными можно считать покрытых густым ворсом гусениц, взрослых бабочек, земных моллюсков, лишенных раковин, обитающих на теле животных многочисленных паразитов, а также мух, слепней и прочих не самых стерильных насекомых. Потенциально опасны своими жалами пчелы, осы, шершни. Об этом, не однажды пострадав в детстве, осведомлены все. Могут доставить неприятности своими мощными ядовитыми челюстями некоторые виды тропических муравьев и термитов. В тех же тропиках крайне ядовита бывает кожа у некоторых древесных лягушек. Но ядовитые жала и железы не являются признаком несъедобности мяса их обладателя. Опять напомню о жареных скорпионах и печеных змеях!

Приготовление насекомых. Подавляющее большинство насекомых можно употреблять в сыром виде. Кстати, так они гораздо питательнее, чем после кулинарной обработки. Именно так их и употребляют большинство представителей сохранившихся на земле полупервобытных племен и... южноазиатские, а в последнее время и европейские гурманы. В том, что поедаемое насекомое шевелится на языке, они находят особенное удовольствие. Малоподвижное ‒ это уже не то, это уже не для гурманов. Я понимаю: трудно вот так, без подготовки, взять пальцем толстого дождевого червя или шевелящуюся в пальцах толстую личинку и... опустить в раскрытый рот. Противно! Тогда попробуйте изменить внешний облик подобной малоаппетитной еды, придайте ей более привычный вид. Раздавите, разотрите между камнями, чтобы получилась желеобразная масса, зажарьте на огне и растолките в муку, разварите до состояния холодца, наконец, заверните этого злополучного червяка в лист шавеля ‒ чем не хотдог? Ну что, полегчало? Нет? Тогда зажмите нос, закройте глаза, вздохните поглубже и... Приятного аппетита! Наиболее простой и безопасный способ приготовления насекомовидного пищевого сырья ‒ варки. В процессе варки убиваются вредные бактерии и паразиты.

При отсутствии варочной посуды насекомых можно печь, раскладывая на горячих камнях или тлеющих углях костра. У особо крупных экземпляров насекомых, таких, как саранча, сверчки, следует удалять крылышки, усики и ножки, так как жесткие волоски на конечностях и твердое покрытие крыльев могут раздражать пищевод. Точно так же следует убирать панцирную оболочку больших жуков, выедая только их защищенные хитиновой оболочкой внутренности. Или выскабливать в емкость внугреннее содержимое хитиновых панцирей и готовить из них похлебки или пюре. У волосатых гусениц, если вы все‒таки решились их отведать, необходимо удалить кожный покров. Проще всего это сделать, выдавив из нее внутренности в какую‒нибудь емкость и выбросив оболочку. Крупных личинок желательно выпотрошить, обрезать задний конец и прополоскать в проточной воде. Муравьев и термитов можно растирать до пастообразного состояния и варить супы и каши либо, если в данный конкретный момент вы сыты, высушивать на огне для дальнейшего сохранения и использования в качестве приправы или «супового концентрата».

В любом случае надо стремиться к их термической обработке хотя бы в течение 5‒6 мин чтобы разрушился муравьиный яд. Всех водных и ползаюших по берегу улиток, а также слизней надо употреблять в пишу только свежими. Улитки ‒ один из наиболее скоропортящихся лесных пищевых продуктов. В идеале пойманных улиток надо несколько дней поморить голодом или выпустить на безопасные травяные или моховые пастбиша, чтобы они за это время успели выделить все ядовитые вешества. Именно так поступают фермеры, снабжающие улитками столы гурманов. Затем улиток надо бросить в соляной раствор для очистки пищеварительного тракта и прокипятить в течение 10‒20 мин с добавлением ароматизируюших трав. Последнее ‒ по вкусу. Переваривать улиток не стоит, так как в этом случае их мясо становится жестким.
Правда, пищевая ценность улиток невелика ‒ лишь 50 ккал на 100 г веса. Но это с лихвой компенсируется их легкодоступностью. Известных всем дождевых, навозных и прочих сортов червей необходимо выдержать без пиши около суток или протащить их между пальцами, чтобы выдавить отходы жизнедеятельности и остатки земли. Потом их можно сварить или высушить на горячих камнях или в жестяной банке над костром, встряхивая, чтобы они не подгорели. Затем растереть в порошок, который добавлять в пищу или варить из него супы. Или какое‒то время хранить в сушеном виде в качестве консервов.

Пчелы, осы, шершни и друтие представители рода пчелиных, равно как их куколки и личинки, сьедобны. Перед употреблением им надо оборвать крылышки, удалить ножки и жало. Для улучшения вкусовых качеств их можно отварить или испечь. Пчел и ос можно добывать, собирая сачками с цветков растений или в гнездах. Только надо помнить, что осы и шершни обладают более сильным, чем у пчел, ядом, и укус их гораздо болезненней (рис. 292). Но все же наибольшую питательншо ценность представляют не сами пчелы, а добытый пчелами мед. Для того чтобы найти улей лесных пчел, необходимо наблюдать за направлением их полета и помнить, что рабочие пчелы, которые собирают пыльцу растений, далеко от места своего обитания не улетают и к вечеру обязательно собираются в гнезде. Улей лесные пчелы обычно устраивают в дуплах деревьев, что значительно упрощает задачу собирателя их сладкой продукции. Ему достаточно бывает поджечь пук сухой травы, поднести его близко к улью и, напустив дыма, плотно закрыть вход. Пчелы погибнут, а мед достанется добытчику. Только, собираясь на медовый промысел, необходимо помнить, что пчелы в массе своей очень опасны и, если не погибнут сразу от дыма, могут изрядно покусать потревожившего их охотника. Иногда, если на него набросится весь рой, и до смерти! Поэтому лучше надеть толстую непрокусываемую одежду, подумать о том, как защитить от укусов открытые части тела, или как минимум развести поблизости дымокурный костер, возле которого можно будет укрыться от атаки потревоженных пчел.

Особенно ценен мед неограниченным сроком хранения. Более того, в медовой оболочке очень долго могут не портиться другие продукты питания. Наши предки, отправляясь в дальние походы, иногда заливали куски мяса, уложенные в бочки, медом и так сохраняли его месяцами. Так же, как мед, употребимы в пищу пчелиные соты, в которых он в ульях содержится. Но, кроме пищевого назначения, воск сот можно использовать для изготовления свечей, повышения водонепроницаемости одежды, смягчения выделываемых кож животных. При сильном голоде не следует брезговать свежей падалью. Для этого падшее животное надо тщательно осмотреть, выбрать пригодные в пищу куски, мясо тщательно промыть в проточной воде и после продолжительного вываривания употребить в пищу. Недавно убитых животных можно выкапывать из ям и схронов, в которые их имеют привычку прятать многие хищники. Например, медведь со всех сторон нагребает на жертву землю. По этому холмику из свежей земли нетрудно бывает найти его продуктовую заначку. Только вначале надо убедиться, что самого хозяина поблизости нет.

В аварийной ситуации можно использовать в пищевых целях обычно выбрасываемые вываренные рыбьи кости, хрящи и другие отходы. Для этого их, надо измельчить, например, разбивая и растирая между камнями, тщательно проварить и есть, запивая водой. Но подобный рацион можно признать сутубо аварийным и использовать при отсугствии других, продуктов питания. Съедобна «зола» от сгоревшего жира некоторых морских животных ‒ тюленей, моржей. В самом крайнем случае можно есть похлебки, сваренные из мелко размолотых и хорошо проваренных костей животных. Именно так поступали наши первобытные предки. Лучше использовать кости, прилежащие к суставам, и сами суставы, которые отличаются большей мягкостью.

Источник